2003, Март

****
Сейчас ходил на "Кавалера роз".
Прекрасных три сопрано там сошлось.

Одно из них — как белое вино:
Тревожит терпкой сладостью оно.

А звук второго чист, как серебро;
В нем есть и добродетель, и добро.

Но третье — словно ветер над рекой.
В нем вечный, удивительный покой.

****
Дождь каплет то и дело,
Туман мне портит дни.
Не к месту потеплело
И не ко времени.

****
Я вышел с вокзала Ватерлоо в северную сторону, пройдя мимо платформ поездов Eurostar, которые ездят в Европу. Когда я сверил свои часы по часам над входом в зал ожидания Eurostar, я с удовольствием почувствовал, что я в Европе. Означало ли это это, что я хочу быть в Европе? — спросил я себя. Нет, мне было хорошо там, где я был, но одновременно мне было важно и приятно на миг слиться с Европой так же сильно, как я слит с моим отражением в зеркале. Я перешел Темзу по новому мосту, думая о том, что колесо обозрения London Eye кажется мне более красивым, чем стоящий напротив него парламент. Мост кончался огромной ушастой мордой вокзала Чаринг Кросс (похожей на печку из сказок), которая глотала въезжающие с моста поезда. Не ответив на "доброе утро" бездомного, стоящего в конце моста и продающего The Big Issue, я спустился под мост и обнаружил, что в одном из кафе, находящихся в нижнем конце Villiers Street, обычно полном, вроде бы есть свободные столики. В мои планы входило что-нибудь где-нибудь съесть. Я вошел и купил круассан с марципаном (в бумажном пакете, а не на тарелке) и капучино (в бумажном стакане с пластиковым намордником) — покупать "на вынос" и дешевле, и дает некоторую свободу передвижений. Впрочем, далеко уходить я не собирался. Я заранее присмотрел один из наружных столиков, сидя за которым, я смотрел на платаны, еще без листьев, в Victoria Embankment Gardens и на внушительные здания штаба военно-морского флота. Метрах в семи от меня рабочий пилил дисковой пилой плитки тротуара. Как я понял, соседнее кафе поменяло хозяев, и естественно, его оформление полностью изменялось, включая небольшую часть тротуара перед входом. В таких случаях меня обычно поражает, что человек работает без респиратора, однако сегодня почему-то бетонной пыли почти не было, и пила почти не шумела. Напротив, втянув в себя воздух, я вдруг почувствовал теплый сырой запах, но не известковый, как от прорвавшей трубы, и не гнилостный, как от залитого подвала, а свежий и живой. И тут я понял, что наступила весна.

****
У нас духовных богатств несметно,
Но как добраться до них конкретно?

Играйте, девы, Люлли попсово,
Чтоб мы в барокко ввалились снова.

Алексий, Бога умилосерди
Пустить на радио Монтеверди.

Попсово, девы, Рамо играйте,
А мы — печалиться все давайте!

У нас духовных богатств несметно;
Вот как добраться до них конкретно.

****
Моя зайка, Мозаика, тебя не назвали Нетскейпом:
Это кто-то другой, с наглой красной рыночной рожей,
На тебя совсем не похожий, —
А ты — чиста; ты из университета;
Я это помню и люблю тебя за это.