2005, Январь

Основная подборка

Стихи о неизвестном солдате 

Если бы я был писателем, я описал бы,
Как один опоздавший догонял свой полк,
Присоединившись к идущему в Индию каравану,
Но не догнал, так как полк уже был целиком
Уничтожен в страшной битве в пустыне,
Получившей название «Избиение младенцев».
Купцы не бросили молодого солдата,
Но взяли с собой приказчиком (он был грамотен),
Научили считать таланты и драхмы.
Когда через два года те же купцы
Пошли обратно с караваном на запад,
Юноша отправился с ними
И так смог вернуться в родную деревню.

Если бы я был медийщиком, я передал бы 
видение, бывшее первосвященнику храма:
Сыны Сиона, молодые львы!
Длань над Ассирией прострёте вы.
Немедля пусть отправятся в поход
Все, кто прошел бар-мицву в этот год.
Сраженье, где прославился Давид,
Пускай его потомка вдохновит.

Если бы я был историком, я объяснил бы,
Зачем и кому это было нужно;
Дело в том, что за тринадцать лет до этого
Царю Ироду предсказали (как сейчас мы знаем, ошибочно),
Что родился будущий претендент на трон, самозванец.
Царь Ирод не стал искать младенца по всей стране
От Галилеи до Египта,
Но подождал ровно тринадцать лет,
Пока все родители не привели
Своих мальчиков в храм на бар-мицву.

Не будучи писателем, я могу только привести 
Диалог между женщиной и мальчиком:
– Имануэль, мы тебя потеряли,
И половину церемонии из-за тебя пропустили!
– Ах, мама, не говори глупости,
Бог и без наших напоминаний
Знает, что мне исполнилось тринадцать –
Мы, в частности, говорили сейчас об этом
С уважаемыми ребе.

 

*** 
Чтоб люди даже не пытались
Достичь душой планетных сфер,
Был гармонический анализ
Открыт наместником в Isère.

Но в том же словаре толковом
Найдешь какой-нибудь flonflon,
И вновь поймешь: за каждым словом
Есть лишь божественный закон.

 

Британия: опыт деконструкции 

Опыт показывает, что зимой
В автобусе - в отличие от дома -
Первый этаж теплее, чем второй.

В этой стране во всем два этажа.
Она даже на карте двухэтажна.
Здесь каждый взгляд - взгляд на другой этаж.

Здесь Гамлет тоже мыслит "или - или",
И рад признать могильщиков в могиле
Метафорой другого этажа.

 

*** 
Поэт есть тот, кто хочет захотеть
То, что хотят другие; я хотел бы -
. . . . . . . . . .
Всё это в двадцать пять, а к тридцати
На "Волгу" заменил бы "Запорожец",
С истеблишментом вместе иногда
Охотился бы в Беловежской Пуще,
А в выходные ездил бы в Карпаты,
Чтобы кататься там на горных лыжах... -
Мечты лишь! Я родился там, где имя
Мое по-иностранному звучит,
Где "Волги" есть, и "Вольво" тоже есть,
И горы, чтоб кататься с них на лыжах,
И две-три птицы по лесам остались,
Но где, увы, ни "Волг", ни гор, ни птиц
Не нужно моему воображенью.

 

*** 
Россия возрождается во многом;
Так что я тоже буду прежним слогом
Стихи писать, и так отвечу иным,
Которые недовольны Путиным,
Который перенес праздник с седьмого
Ноября на четвертое: ведь злого
Врага мы разбили тогда. Что с нами
Было бы, будь мы все под поляками?
Что бы мы ели? Как бы танцевали?
Каким размером бы стихи писали?

 

*** 
Музыкант играл на скрипке - та-та-ти-та-та,
А над ним с сухим хрустом сорвалась бетонная плита -
И безвредно пролетела мимо, подобная огромному мотыльку,
Ибо невозможно одновременно играть на скрипке и состоять из молекул.
 

*** 
В любом из нас живет интеллигент,
И это отражается на звуке:
Как хорошо звучит "я еду в Кент",
И как отвратно "я живу в Кентукки".

Кентукки лучше, может быть, чем Кент,
Но любим мы наш старый континент.
 

Из воспоминаний Ходасевича

Коварный Тиняков вселился в «Диск»
Через мое посредство. Я знал эту
Посредственность с дореволюционных
Времен, и поспособствовал. А он
Стал приводить к нам малолетних шлюх
И угрожал старушкам-поэтессам.
Нет! То ли дело Бродский: он же гений –
Он шлюх предпочитал половозрелых
И уважал старушек-поэтесс.

 

Остальные стихи

*** 
Только поезда?
Нет, в этой стране и снег
Опаздывает.

 

(белое на черном)

формулы (существуют) ergo
существует доска (на которой)
написаны формулы
 

*** 
Приклеивая бороду, 
Приклеивая брови,
Бьюкенен шел по городу
Купить немного крови.

Для дела королевского
В пальто невзрачно-сером
Через Литейный с Невского
Бьюкенен шел к эсерам.

Примечание. Бьюкенен - посол Британии в России в 1910-1918 гг.
 

*** 
Обманутые левой прессой,
израильтяне лишь одного хотят:
чтоб всех их перебили как котят
во имя якобы прогресса

мира на Ближнем Востоке.
О, как журналисты жестоки!

 

*** 
Ты приближаешься, следы ища.
Нет головы, и нет туловища.

На месте преступления не смог
Весь Скотланд-Ярд найти ни рук, ни ног.

Смотри сквозь лупу, Ватсона зови -
Ты не поймешь, откуда всё в крови.

 

*** 
Облатка розовая сохнет
На воспаленном языке.
Она от экстази не сдохнет.
Увы! Еще она в тоске

Довольно в странствиях порыщет
И разным попринадлежит.
Она ведь счастия не ищет
И не от счастия бежит.

 

Современнику 

И мыслишь ты, и чувствуешь ты слабо.
Возьмем хоть Макса Фрая: не любить -
Легко. А ты его возненавидь
Как негра - как прозаика - как бабу.

 

*** 
От России отгрызает мир
Слева Тузлу, справа Кунашир.
Всё равно уже Россия - труп.
Так что забирайте Итуруп.

 

После завтрака 

Солнце встает, а посуда сохнет.
Донце стакана отбрасывает на стену
Солнечный зайчик забавной формы,
Напоминающей логотип "Дженерал Электрик".

 

Ботаник и эпоха 

Понимаем (я, эпоха)
Мы друг друга очень плохо.
Не хотим (эпоха, я)
Знать друг друга совершенно.