Гёте в русской культуре XX века 274

ЭМИЛИЙ МЕТНЕР. "РАЗМЫШЛЕНИЯ О ГЁТЕ": ТЕКСТ, КОТОРЫЙ СТАНОВИТСЯ АВАНТЕКСТОМ

 

Реакция на действия Ильина и Эллиса была не столь однозначной, как могло бы показаться на первый взгляд. Мусагетцыантропософы стали защищать позицию Белого. Н. Киселев – член редакции, даже назвал Ильина "хулиганом" и "вышиб" его из "Мусагета", – о чем сообщает Метнер (находящийся в Цюрихе как бы "над схваткой", но тем не менее осведомленный обо всех обстоятельствах "борьбы”) в письме Эллису от 17 июля 1917 г. и предлагает Киселеву уйти в отставку. Евг. Трубецкой также не был настроен слишком воинственно и пытался убедить Ильина, что в Белом есть сознание вины за свою книгу. Напротив, "когда Ильин ощетинился и стал укорять Трубецкого за недостаток возмущения Белым, то тот в свою очередь изумился, чего так кипятится Ильин, ибо Белый не более, как безвредный кликуша", – сообщает Метнер подробности московской жизни в том же письме к Эллису. И далее: "Морозова сказала, что к книге Белого все отнеслись отрицательно, но не серьезно, а как к выходке истеричного человека. Испугались за Белого, которого Ильин, пользующийся всеобщим вниманием и уважением, мог уничтожить своим метким прицелом. Трубецкой тоже будто на моей стороне (Метнер вновь возвращается к Трубецкому, от которого, вероятно, ожидалась более активная поддержка, ведь ему Ильин передал одному из первых свое открытое письмо. – ИЛ.), ни в грош не ставит Белого и, оказывается, очень волновался по поводу этой истории». Сквозь конечно же пристрастные пояснения Метнера можно увидеть, что среди московской интеллигенции не было единодушного "отвращения" к Белому, на чем настаивал Ильин.

В одном из писем Метнер свое официальное "молчание" объяснял тем, что он "не способен протестовать соборно с другими": "Мой протест должен вылиться в совершенно индивидуальную форму и сделано это должно быть не в форме короткого письма, а в виде основательной статьи. Но написать таковую я в настоящее время совершенно не способен... Дело в том, что весь мой теперяшний образ мысли и все мое самочувствие таковы, что мне крайне трудно заниматься полемикой, которая связана со Штейнером, Андр. Бел(ым) и т.д. Слишком много тут личных подголосков".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)