Гёте в русской культуре XX века 322

ИТОГИ И РУБЕЖИ: ПЯТЬ ВЫПУСКОВ ТЁТЕВСКИХ ЧТЕНИЙ

 

Получается, что мещанская драма живет лишь этим дуализмом стиля и жанра, в иных же обстоятельствах она обречена на исчезновение. Не вдаваясь в полемику с автором, отметим все же, что современникам Гёте мещанская драма (и, в частности, гётевская "Стелла") казалась стилистически гораздо более разнообразной и богатой, нежели нам. В статье приводится пример такой позитивной оценки "Стеллы", принадлежащей К.Ф. Николаи. Стилевая "бедность" мещанской драмы, зафиксированная в статье, возможно, лишь аберрация взгляда современного исследователя. Во всяком случае – внимание современников Гёте именно к стилевым особенностям мещанской драмы некоторым образом подрывает тезис автора статьи о первенстве жанра над стилем.

Как критическая реплика на работу В.Б. Байкеля воспринимается и следующая цитата из статьи Н.С. Лейтес "Фауст: типология жанра" "Эти сцены (речь идет о первой части "Фауста". – А.Е.) близки по типу к мещанской драме, – трагедия Гретхен разыгрывается на мастерски выписанном социально-бытовом фоне". Оказывается, мещанская драма вполне совместима с "материальной жизнью" и "бюргерским бытом"!

Написанная в целом в духе "имманентизма", слегка грешащая описательностью статья Н.С. Лейтес предваряет работу А.В. Михайлова "Природа в творческой мысли Гёте". Сопоставляя гётевские представления о природе с кантовскими и гегелевскими, А.В. Михайлов возводит необычные для Европы рубежа XVIII и веков взгляды Гёте на природу к досократикам (Анаксагору). Это оригинальное прочтение Гёте заставляет вспомнить о другом увлечении Михайлова – философии Хайдеггера. Автор стремится применить хайдеггеровские представления о природе, образе, слове к гётевской классике, к немецкому XVIII веку. Перед нами – взгляд на классическое как на "зримое", являемое через художника, поэта. Подобное представление о классическом противоречит более привычному пониманию классики как риторики. У А.В. Михайлова можно обнаружить скрытое противопоставление двух классик: с одной стороны, классицистской, риторичной, "вергилиевой", а с другой – "гомеровой", шекспировской, возвращающейся к "дориторическим" основам старой греческой культуры, в том числе и к досократикам. Немецкая классика в лице Гёте, по Михайлову, – кульминация и завершение общеевропейского перехода от риторики к поэтике "оригинальности", "гениальности" или "энергийности" (ср. посмертную публикацию А.В. Михайлова о Бодмере, Брейтингере и Фюссли в "Гётевских чтениях" 1997 года).

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)