Гёте в русской культуре XX века 70

"ФАУСТ И ГОРОД" ЛУНАЧАРСКОГО В КОНТЕКСТЕ "ВЕХОВСКОЙ" ПРОБЛЕМАТИКИ

 

Образ графа Артура Штерна более приближен к народно-поэтическим истокам фаустовского сюжета: он, как и знаменитый чернокнижник из "золотой легенды" немецкой Реформации, испытывает неимоверную тягу к запретным и тайным знаниям. Однако Луначарский решительно переакцентирует исходный материал и создает карикатуру на тяготеющего к магии послушника доктора Египтуса. Одураченный шарлатанами, якобы обладающими ключами к познанию, он счастлив в своем фантасмагорическом мире, изрекая мнимоастрологическую галиматью и выстраивая умозрительные картины бытия, далекие от адекватного его восприятия. Как только граф попытался перенести контуры своего видения мира на реальную жизнь, так сразу же и потерпел поражение, бесславно погибнув в мятеже на стороне Фаустула.

Однако все это частные мотивы фаустовского сюжета, основополагающий же мотив договора между Фаустом и сатаной, как и мифема души, главного "предмета" купли-продажи, в пьесе отсутствует, оставаясь за кадром. Барон Мефисто передает Фаустулу слова его давно умершей матери герцогини Эльвиры, якобы сказавшей в час кончины о своем муже: "Он – еретик, он продал душу сатане...". Вся эта сцена выстроена в подчеркнуто бытовом и политическом планах: царедворец и престолонаследник готовят государственный переворот, в преддверии которого демонизируют образ герцога и отца.

Так же по преимуществу обытовленно и политизирование изображен в драме и дьявол. По пальцам можно пересчитать сцены, в которых он действует в своем истинном обличье как мистический персонаж. Это – пролог, где Мефистофель объявляет свою задачу ("чтобы Фауст... завизжал от страха, боли и ненависти", 110); конец пятой картины, где он садится на свой плащ и улетает из дворца епископа ввиду опасности, исходящей от вооруженных горожан; двухстраничная восьмая картина, в которой Мефисто заклинает армию мертвецов обрушиться на мятежников Тротцбурга; эпизод десятой картины, где происходит решительное объяснение Мефистофеля с Фаустом, который называет его "бедным, глупым чертом" (195–197) и прогоняет: "Сгинь, призрак!".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)