Гёте в русской культуре XX века 334

Рецепция "Фауста" Гёте в прозе

 

И.Н. Лагутина («"Избирательное сродство": структура и семантика художественного пространства») видит философские корни романа Гёте в кантовской "Критике способности суждения". Гётевское представление о духе, природе и Природе сопрягается ею с тремя критиками Канта. Гётевская Природа с этой точки зрения есть мир органический, подчиняющийся законам телеологии, то есть природа, оживленная духом, ставшая "организмом". Закон "избирательного сродства" видится Лагутиной живым синтезом материального и духовного начал, проявляющимся в первой части книги как "закон Природы", во второй – как "закон искусства". В соответствии с этой теоретической преамбулой в статье подробно исследуются центральные пространственные образы романа. Основной пространственной метафорой называется сад, развертываемый в двух ипостасях – как ущербный, уязвимый перед вторжением внешних сил "открытый" сад, и как сад "замкнутый", отражающий в своей топологии структуру Эдема. Остальные пространственные образы (дом, пруд, хижина, капелла, кладбище) иерархически соподчинены этой центральной метафоре. Характерно, что Лагутина, как и Сулейманов, специально останавливается на оппозиции "открытого" и "замкнутого", но в ее системе координат оценки диаметрально противоположны: то, что у Сулейманова является выражением "замковой тепличной культуры", у Лагутиной связано с Раем, с областью сакрального.

Наконец, своеобразным завершением темы "Избирательного сродства" стала публикация в "Гётевских чтениях" 1997 года письма К.В.Ф. Зольгера (перевод и комментарии И.Н. Лагутиной), в котором произведение Гёте показано глазами одного из умнейших и проницательнейших людей эпохи. Для Зольгера "Избирательное сродство" есть прежде всего гениальное отражение судьбы современного человека, его индивидуальности, проявляющей себя в любви и дружбе. Последние есть предмет заботы романиста, поэтому все современные литературные жанры, по Зольгеру, "романизуются" (в качестве примеров он приводит пьесы Гёте – "Ифигению в Тавриде" и "Торквато Тассо"). Но возможно и обратное движение, от романа к драме. Зольгер подчеркивает синтетический жанровый характер "Избирательного сродства", относя его к "трагическому роману" – "вершине нынешнего искусства".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)