Гёте в русской культуре XX века 115

ИВАН ТХОРЖЕВСКИЙ ПЕРЕВОДЧИК "ЗАПАДНО-ВОСТОЧНОГО ДИВАНА"

 

Даровитость натуры, соединенная, по выражению Зайцева, с "нервным зарядом", горячность и увлеченность сказались и на характере переводов Тхоржевского из Гёте, занявших совершенно особое место в ряду переложений "Дивану" на русский язык.

История русских переводов этой книги германского патриарха блестяще прослежена и проанализирована в работе А.В. Михайлова, сделавшего, безусловно, наиболее полный обзор переводов в издании "Дивана" в серии "Литературные памятники" в 1988 г.9 Предположение, что Михайлов знал о существовании парижской публикации, но не мог упомянуть ее по цензурным соображениям, вряд ли правомерно. Если внимательно вчитаться в текст его статьи, приходится сделать вывод, что автору была неизвестна работа

Тхоржевского. Говоря о первом полном переводе поэтической части "Западно-Восточного Дивана", он прямо называет издание 1932 г., имея в виду работу М. Кузмина и С. Шервинского. Отличаясь известным буквализмом, "этот перевод, – отмечает Михайлов, – был несомненным достижением, при известных несовершенствах". В. Левик, представитель совершенно иного направления перевода, так характеризовал труд своих предшественников: "Школа эта была очень сильна, но она держала переводчика в цепях и часто убивала в нем поэта, хотя о многих частностях оригинала давала почти исчерпывающую информацию. Шервинский был одним из лидеров этого направления. Переводчиками 40-х – 50-х годов оно было отвергнуто именно потому, что требовало точного следования за каждой деталью оригинала. Это приводило к воспроизведению всех мелочей нередко в ущерб видению в целом, а значит в ущерб самой поэзии".

Тхоржевского можно было бы назвать представителем именно поэтического перевода. Принеся в жертву точность и близость к оригиналу, отказавшись во многих случаях от буквального следования подлиннику, он предпочел передать дух гётевского "Дивана" так, как сам его понял и воспринял, пытаясь заразить читателя своим восхищением и увлеченностью немецким гением. В предисловии к книге он достаточно выразительно и ясно определил приоритеты своей работы, кратко охарактеризовав и само гётевское сочинение, и историю его освоения и трактовки: «Восток дал его книге краски, ритмы, фантастическую ткань имен, пеструю и легкую форму. Запад – сложное и глубокое содержание.

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)