Гёте в русской культуре XX века 101

ФАУСТОВСКАЯ КОЛЛИЗИЯ В РОМАНЕ ЕВГЕНИЯ ЗАМЯТИНА "МЫ"

 

Подобно Гёте, писатель мечтал о гармоничном и свободном человеке. Замятин считал, что в индивидуальности такого человека должны органично синтезироваться эмоционально-иррациональное, природное и рациональное, идущее от машинной цивилизации начала. Мечты Замятина воплотились в размышлениях о "лесных" людях и "нумерах": "Кто они? Половина, какую мы потеряли, Н и О – а чтобы получилось Н20 – ручьи, моря, водопады, волны, бури – нужно, чтобы половины соединились...". Такое воплощение в романе "Мы" обрела центральная творческая идея писателя – идея синтеза.

Мотив объединения двух половин близок здесь гётевскому представлению о постоянном синтезе в бытии покоя и движения и ницшеанской концепции переплетения аполлонического и дионисийского начал, в замятинской терминологии, энтропийного и энергийного. При этом Замятин, как и немецкий философ, отдает предпочтение второму, ибо оно, по его мнению, глубже и онтологически значительнее. Но синтез этих двух начал – дело далекого будущего. В художественном же мире романа противоположности, о которых идет речь, несоединимы, поэтому здесь преобладает а н тиутопическое жанровое содержание. Аполлонически энтропийное начало дает счастье или хотя бы его подобие – благополучие, дионисийское – свободу, чреватую трагедией.

Психологически правдиво, с помощью реалистической типизации раскрыты в романе "Мы" переживания Д-, поддавшегося дьявольскому искушению свободой мысли, чувства, исходившему от 1-.

Фауст – Д-, заболев душой, пережил мучительное раздвоение личности, то есть попеременно отождествлял себя то с членами "Мефи", то со сторонниками Единого Государства. Внутренний конфликт имеет место и в трагедии Гёте (переживания Фауста из-за погубленной им Гретхен и из-за союза с Мефистофелем). Но у Замятина такой конфликт усилен. С огромным трудом под влиянием 1-330 строитель" Интеграла" пересматривает свои философские и политические взгляды, внушенные Благодетелем. Все это свидетельствует о сложной эволюции Д-, который превращается из машиноподобного "нумера" в трагического героя, сознательно отказывающегося от аполлонической, энтропийной стихии во имя обретения индивидуальности, любви и свободы. Он даже поддерживает анархический, "безумный" план своей любимой по захвату "Интеграла", с помощью которого "Мефи" хотели добиться свободы для всех "нумеров".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)