Гёте в русской культуре XX века 140

РОМАНЫ-СТРАНСТВИЯ И.В. ГЁТЕ И А. БИТОВА

 

Спустя почти четверть века М.С. Шагинян вновь обратилась к гётевской теме. Она написала остропублистическое введение к сборнику избранных произведений Гёте, опубликованному в серии "Тебе в дорогу, романтик!" издательством "Молодая гвардия". Статья называлась "Звезда Гёте", и в ней, в частности, речь шла о возрождении славы Гёте на германских землях после искажения и даже забвения творчества великого поэта в годы фашизма. Несколько преувеличивая роль Гёте в сознании людей нынешнего поколения, Шагинян выражает уверенность в том, что "звезда Гёте, которая никогда не меркла для нашего народа, начинает снова сиять над его собственным народом". По словам писательницы, "светлое излияние разума, доброжелательства, здравого смысла, высокой и мудрой жизнерадостности, закованное в совершенные формы гениальной поэзии, и привлекает сейчас смятенных людей на Западе к литературному наследству Гёте и к его целостному образу человека, мыслителя, творца".

В своих позднейших мемуарах М. Шагинян так оценила это произведение, связанное с ее ранним увлечением "гётизмом" штейнеровского образца, "гётеанским" символизмом в духе Андрея Белого: «"Путешествие в Веймар" – точная книга... Все так. Но... фламандская "мертвая натура"... Правду, настоящую правду, не “умную", не от учености... я почемуто в этой умной книжке не передала» (Шагинян М. Человек и время. М., . С. 578).

РОМАНЫ-СТРАНСТВИЯ И.В. ГЁТЕ И А. БИТОВА

Прижизненный (как и Гёте – без сопоставления "весовых категорий") классик современной русской литературы, Андрей Георгиевич Битов неоднократно объяснялся по "скользкому вопросу литературных влияний". Бессмысленными кажутся ему "упреки в прямых подражаниях" классикам зарубежной литературы – причина чего кроется, видимо, в огромном значении для писателя родного языка: "Нельзя ни занять, ни импортировать ни язык, ни историю: они – только свои". Совершенно справедливым представляется замечание А.Г. Битова о том, что "влияние можно уловить из воздуха, а не только о из прочитанной книги". Например, он иронически признается, что о дзэн-буддизме узнал впервые из диссертации одного англичанина "Буддизм в раннем творчестве Андрея Битова". Американская исследовательница Э. Чэнсиз пишет о том, что проза Битова, кроме буддизма, вбирает в себя исландские саги, японскую поэзию, средневековую арабскую философию, русскую литературу XIX и XX столетий, советскую жизнь, геологические экспедиции в Узбекистане и мотогонки в Уфе. Отечественные исследователи подробно проследили (и не без помощи автора) исторические и типологические связи произведений Битова с творчеством Пушкина и Набокова. Сам писатель говорит о впечатлении, которое произвели на него фильмы Хичкока, Феллини, Антониони, любимыми писателями называет Дюма и Ремарка, неоднозначно относится к Хемингуэю и Оруэллу, в ряду заметных для него фигур упоминает Грина, Белля, Камю, Борхеса, Кортасара и многих других, с почтением отзывается о классике: Аристофан, Шекспир, Дефо и Свифт, Джойс, Пруст, Чехов, Достоевский, Гёте...

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)