Гёте в русской культуре XX века 142

РОМАНЫ-СТРАНСТВИЯ И.В. ГЁТЕ И А. БИТОВА

 

Построение романа как разговора двух действующих лиц можно объяснить его родовой связью с драмой, а также с традицией философского диалога. Здесь уместно сопоставление с философско-"воспитательным" романом Гёте "Годы странствий Вильгельма Мейстера, или Отрекающиеся" – второй частью дилогии о Вильгельме Мейстере. У Гёте странники не могут и не хотят брать с собой третьего постоянного спутника13 и Вильгельм обвиняет Ярно-Монтана в использовании приемов Сократа, а у Битова герои беседуют как перипатетики. В первой части дилогии Гёте ("Годы учения Вильгельма Мейстера") герой называет "Гамлета"

Шекспира скорее романом, чем драмой, т.к. отличительным признаком романа считает, кроме событий, размышления героя, которые замедляют действие. Трагедия Гёте "Фауст" тоже в этом смысле близка роману (что затрудняет ее постановку на сцене).

В первой части романа Битова "Оглашенные" гётевское "Остановись, мгновенье!" цитируется в ситуации, аналогичной началу пятого акта трагедии, но писатель XX века делает неожиданный вывод: "Человек пытается остановить это геологическое мгновение: оно прекрасно. Он насаждает леса, проектирует некую чудовищную дамбу, ограждающую Косу от моря. Но когда он его наконец остановит, мгновение, это будет уже не Коса, это будет – дамба". Здесь очевидно противопоставление природы и цивилизации.

По словам М.М. Бахтина, "ни одна конкретная историческая разновидность не выдерживает принципа в чистом виде", но отражает общие закономерности развития жанра. Роман становления интегрируется в роман творения. Классическим образцом новой формы романа служит дилогия Гёте о Вильгельме Мейстере. Преодолевая границы воспитательного романа, Гёте движется в своих творческих поисках от романа о художнике "Театральное призвание...", позже – "Годы учения..." (опубл. в 1795–1796), к роману культуры "Годы странствий..." (опубл. в 1829).

Эволюция романа в творчестве А.Г. Битова совершается по классической схеме от испытания и странствований биографического героя к его внутреннему изменению (становлению) и творчеству. И русские, и зарубежные исследователи отмечают воссоздание жизненного и творческого процесса в произведениях писателя. Принципиальной незавершимостыо процессов жизни и творчества можно объяснить постоянное преодолением автором границ рассказа, повести, романа. Ибо для А.Г. Битова роман – "не столько жанр, сколько состояние, дыхание... прозы", но "примиряя прозу и музу", он все-таки определяет его как жанр "такого объема и такой протяженности, при котором... неизбежно меняется сам автор, жанр отражающий, чем дальше, тем больше, изменение не столько героев, сколько самого автора". Написанные в разное время три части романа "Оглашенные", а также предисловия, эпиграфы и приложения к нему фиксируют разные этапы изменения автора. Эволюция автора-творца отражается, наконец, в происходящей на наших глазах истории создания романа, который к третьей части превращается в "роман о романе". Роман рождается в "неизбежных отношениях автора с героем и набегающим текстом".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)