Гёте в русской культуре XX века 166

“ГОРНЫЕ ВЕРШИНЫ" ГЁТЕ-ЛЕРМОНТОВА В РУССКОЙ МУЗЫКЕ XX ВЕКА

 

Ухо еле внемлет

Шелесту листвы,

Птичка уже дремлет,

Отдохнешь и ты.

Тот же трехстопный хорей, но общий эффект (особенно для современного читателя) – пародийный. И не столько из-за "дремлющей птички" (одной!) сколько из-за первой строки – с торчащим из пейзажа "ухом", напоминающем сюрреалистические композиции С. Дали. Не помог трехстопный хорей и графоману Д. Хвостову – первому переводчику "Wandrers Nachtlied". Уже самое начало его перевода ("Стихли к ночи горы") – с этим ужасным словесным кентавром “кночигоры" – убивает всякую поэзию. Какие же еще факторы, кроме трехстопного хорея, формируют образную систему “Горных вершин"?

"Текст обладает способностью, – пишет Ю. Лотман, – сохранять память о предшествующих контекстах". Что входит в “предшествующие контексты" “Горных вершин"? Конечно, в первую очередь, – контекст “Ночной песни путника". В окружении этой песни – стихи Гёте, посвященные теме пути, странничества, стремления к покою после жизненных бурь. Вот их характерные мотивы: “Одинок мой путь" (“К месяцу", 1776), “Истомил меня мой путь" (“Первая ночная песнь путника", 1776), “Где мой забытый путь в тиши лесов" (“Ильменау", 1783), “Как путник, с беспокойством смутным..." (Ушедшей, 1788). К названным можно добавить стихотворения “Отвага", “Ночные мысли", “Вечерняя песнь охотника", а из более ранних – “Песнь странника в бурю", “Странник" (так в подлиннике, в переводе – “Путешественник и поселянка"), “Зимнее путешествие на Гарц" и другие. В этих стихах – их горах и долинах, их ночных размышлениях и обращенности к природе – отразились реальные события и душевная жизнь Гёте, когда он, как пишет сам (“Поэзия и правда"), бродил “под вольным небом, в долинах и на горах, и... странствовал между равниной и горной местностью... Душа моя больше, чем когда-либо была открыта миру и природе. В пути я пел диковинные дифирамбы и песни...". Так и кажется, что прямо отсюда попали в версию Лермонтова и “тихие долины", и дорога, и горы... Знал ли эти тексты Лермонтов? Полагаю, знал. Вот свидетельство В. Белинского: Лермонтов “славно знает по-немецки и Гёте почти всего наизусть дует".

 

(–) Предыдущая _ Следующая (+)